Лондон

.

История до сих пор точно не определила ту эпоху, когда кельтские племена бретонцев водворились на месте нынешнего Лондона. Название английской столицы происходит от ее латинского наименования Londinium, впервые записанного Тацитом в 61 году по поводу восстания Ицен.
В начале христианской эры на британских островах водворились римляне. Цезарь первый раз высадился здесь в 55 году, а второй раз в 54 году еще до Рождества Христова, но завоевание началось лишь при Клавдии в 43 году уже нашей эры. Ровно 400 лет продолжалось в стране римское владычество, а потом здесь возродилась старинная бретонская власть. Читать далее »

София Киевская

Князь Ярослав правил долго и счастливо. Крепко держал он бразды правления, цвела при нем Русская земля, и прозвали его на Руси и в иных государствах Мудрым. Столицу свою – Киев – принарядил он не хуже Царьграда-Константинополя. Невелики были городские укрепления при Владимире – воздвиг он новые стены на высоких земляных валах: так и назвали новую крепость городом Ярослава. Сотни людей рубили городни – бревенчатые срубы, а потом засыпали их землей, закладывая основание вала: иначе оползут валы, размоются дождями. Трое ворот вели в город: каменные, сводчатые, – а самые красивые, подобно цареградским, назывались Золотыми, потому что золоченая медь покрывала их створки. Читать далее »

Древняя соперница Багдада

Один из внуков легендарного Гарун аль-Рашида – халиф Аль-Мутасим (рожденный от турчанки-наложницы), встав во главе могучей Аббасидской державы, окружил себя личной гвардией из наемников-турков. Их дерзкое поведение, грабежи и поборы вызывали недовольство багдадцев, грозившее вылиться в открытое выступление. Все чаще раздавались голоса против самого халифа, потворствовавшего злоупотреблениям. Необходимо было срочно разрядить обстановку, и халиф Аль-Мутасим отдал распоряжение о строительстве в пустыне, в 138 километрах от Багдада, новой столицы – Самарры. Читать далее »

Нектар вдохновения или корабль дураков?

«Роскошная природа Эльзаса в садах и полях изливает приезжающему все свое плодородие, и в пенящейся радости подает смертному нектар вдохновения…» – отметил в своих записках русский историк Николай Карамзин после путешествия по Эльзасу. С тех пор прошло много времени, но край, восхищавший его, так же красив и преисполнен радостью. Другой русский путешественник, Александр Сергеевич Пушкин, как известно, слывший гурманом, проявил равнодушие к красотам здешней природы, испытав прямо противоположные чувства к местной кухне: «…и Стразбурга пирог нетленный». Предполагается, что предметом бурного восхищения поэта оказалась привычная для каждого эльзасца гусиная печень, запеченная в тесте. Видимо, он не проявлял рвения в дегустации вин, иначе вкус этого блюда остался бы ему незнаком, ведь знаменитый страсбургский пирог принято подавать в конце обеда. Читать далее »

С чистого листа

Cидя у подножия памятника Иоганну Гутенбергу, особенно в шумной компании студентов, невозможно не задуматься над сутью понятия «скульптура». Обычно жестко привязанная к сюжету, месту и времени, она заключают в себе частицу материальной культуры, возможно, даже большую, чем произведения других видов искусства. В данном случае сразу видна связь между памятником, свитком в руках изображенного человека и книгами, которые держат сидящие подле его ног молодые люди. Фигура родоначальника книгопечатания, созданная французским скульптором-романтиком Давидом д’Анже, появилась в Страсбурге не случайно, ведь именно в этом городе Гутенберг изобрел наборный шрифт. Здесь же вышла в свет первая созданная типографским способом книга. Чести этой удостоилась, конечно же, Библия. Читать далее »

С площади Ворона к мосту детоубийц

Улочки старого Страсбурга разбегаются от кафедрального собора во все стороны. Здесь, среди хрупкого фахверка, автомобильное движение запрещено, поэтому посетители имеют прекрасную возможность рассмотреть каждое здание. В первую очередь привлекают взгляд 2–3-этажные жилые дома с деревянными галереями, лоджиями, окнами из цветного стекла, островерхими кровлями с множеством слуховых окон. Большинство из них стоит на своих местах сотни лет несмотря на то, что выполнены из фахверка. Читать далее »

Загадочный Валаам

Очень многие пейзажисты имели обыкновение работать на острове Валааме, и Шишкин — не исключение. Валаам был для живописца настоящей школой, особенно летом, когда он любил часами работать на пленэре. Природа этого края отличалась суровостью, величием, даже некоторой дикостью. Художник был очарован могучими скалами, вековыми деревьями, необыкновенным по красоте Ладожским озером. Здесь закрепились и еще более усовершенствовались его знания о многообразии растительных форм, которые он так любил изучать. Читать далее »

Становление стиля Шишкина

Академия художеств очень четко придерживалась определенных канонов в методике обучения, но Шишкин соблюдал их не до конца, ибо считал, что они убивают истинную индивидуальность, хотя его отход от академических принципов никогда не был категоричным. Так, например, в полотнах живописца ощущается влияние швейцарского пейзажиста Александра Калама, изображавшего виды альпийской природы. В учебной практике Академии копии с работ этого зарубежного художника были обязательны. Читать далее »